54 из 68 (79%)
– Вот-вот. Маячок. Так что, чтоб подсматривать придётся явиться лично, – и ехидно добавляет. – А я, знаешь ли, предпочитаю участвовать. Так что не беспокойся, твоя личная жизнь не пострадает.
– Угу… Короче интриган ты, дед.
– Это да, – расправляет плечи, – на этом деле я пару динозавров схарчил. Хотя и меня переигрывали, – в голосе слышатся нотки грусти. – Но не люди…
– А как же планы, ого-го?
– А что планы? С ними всё в порядке. Это ведь метка. Хочешь видно, хочешь, нет. В случае смерти, например, жрец получит сигнал. Она же исчезнет, и увидеть её сможет только Посвящённый. В данном случае человек с амулетом, посвящённым тому же богу. То есть мне.
– В смысле, если я захочу, наколка исчезнет?
– Метка. Это метка. Вот попробуй.
Сняв верхнюю часть формы и, скосив глаза, уставился на Коршуна. А тот, как будто издеваясь, не обращал на меня внимания.
– Ты мысленно прикажи спрятаться.
Вот сколько не пытался, результата ноль. Долбанная птица как будто издевалась надо мной.
– Не веришь. Руслан покажи.
Рогожин отставив в сторону кружку, с серьёзной миной на лице, разделся. Степаныч и Васильев с интересом уставились на него. Глядя с ироничной улыбкой в мою сторону, произносит:
– Друг мой, пора спать.
Коршун на его груди начинает бить крыльями, как будто взлетая, щёлкает клювом и исчезает… Мать моя!
Прав был Всеслав, дело в вере. Пусть не сразу, а ещё после нескольких попыток, моя птичка захлопала крыльями и, удивлённо посмотрев на меня, исчезла. Ещё через пару минут, удалось вернуть её обратно. Вот такие пироги…