Наездник

Док, кстати говоря, когда я пришёл к нему за таблетками, слово за слово вытянул из меня всю историю со стихами и сверхбыстрым обучением «удару с выходом ки». Без подробностей, конечно: он не стал допытываться, где я нашёл себе наставника без денег, и зачем мне потребовалось срочно заучивать большие объёмы поэзии. Впрочем, уверен, он и по первому, и по второму пункту догадался: кроме якудзы единоборствам за так никто не обучает, а стихи — ну кому, кроме девушки, старшеклассник может их декламировать? Тем не менее, видимость приватности оказалась соблюдена, за что терапевту большое спасибо. Особенно за объяснение, каким навыком я на самом деле овладел.

— Все школы, обучающие работе с так называемой внутренней энергией, используют одну и ту же методику, различающуюся вариациями, — откинувшись на спинку кресла в своём кабинете, начал объяснять мне Хаяте. — Сначала нарабатываются базовые движения и их связки до автоматизма — те самые ката. Потом ученика допускают до тренировочных боёв, где он учится связывать ката в удары так же не думая, на одних рефлексах. И только после этого неофита начинают готовить к освобождению тела от природных внутренних ограничений по желанию.

Док прервался, потом кивнул сам себе.

— Тебе, наверное, приходилось слышать о людях, под действием чрезвычайного страха или другой очень сильной эмоции совершавших то, что в обычном состоянии им не под силу? В одиночку перевернуть автомобиль, приподнять стальную балку весом в полтонны, перемахнуть пятиметровый забор, спрыгнуть с третьего этажа? Это не сказки — наш организм действительно способен выйти на такой режим… на несколько минут.

Врач ловко крутанул в пальцах машинально прихваченную со стола авторучку.