39 из 282 (14%)
Но это не единственное, что беспокоило Ивана, периодически он замечал недобрые взгляды, провожающие его команду, и причина этому выяснилась сразу. Подразделение «Стальные Волки» хоть и не участвовало во всех этих играх, но напрямую ассоциировалось с Волковым, поэтому правительство велело распустить весь состав, чтобы не создавать точку возможной агрессии. Обществу не объяснишь, что все подразделение тут ни при чем, найдутся искатели справедливости.
Но вот ребятам, которые остались в реабилитационном центре, почему-то не удосужились выдать гражданские комбезы, и сейчас они щеголяли в полевой форме с эмблемой стальной волчьей головы. Именно это и порождало подобные взгляды. Иван заскрежетал зубами, размышляя о том, что вот и первые отголоски перемен, – всем стало все равно, что произойдет с его людьми дальше.
Ситуация дошла до критической точки, когда Иван с парнями разместился внутри челнока.
– Командир, мне это кажется, или нам здесь не рады? – спросил Родригес, озираясь по сторонам.
Пассажиры то и дело оборачивались, после чего слышался шепот:
– Смотри, «Стальные Волки»…
– Кто их сюда пустил?
– Тебе не кажется, – ответил Иван, размышляя, как выйти из ситуации, а то так и до самосуда недалеко.
Один из пассажиров, сидящих возле прохода, обернулся и не отводил взгляда от Ван И. Обширные заросли на лице и густая борода затрудняли определение возраста, но его комбез говорил о принадлежности к рабочим верфей. Бородатый продолжал смотреть, раздувая ноздри, и первым не выдержал Белов:
– Ты чего уставился?!
Бородатый перевел взгляд на Белова и еще несколько секунд его рассматривал, словно хищник добычу.
– Из-за вас погиб мой брат на станции Альгени, – процедил сквозь зубы бородатый.