71 из 281 (25%)
И в то же мгновение над столом появилось объемное изображение упомянутого корабля, вращающегося вокруг своего центра. Программы распознавания моего импланта тут же срисовали эту модель и через мгновение определили девяностовосьмипроцентное совпадение. Я скачал себе файл, который переслал Лукашевич, и быстро пробежался по нему глазами, и когда прочитал год выпуска, то мысленно обозвал себя дебилом. Тот еще гений, если за два года не нашел времени просмотреть базу гражданских кораблей. Конечно, тут наложились мои длительные командировки, но меньше нужно рассуждать во время перелетов о добре и зле, а тратить это время на изучение того, что происходит в Земной Федерации в мое отсутствие.
Пока я поливал себя нелицеприятными словами, зонд продолжал сближаться и выдавать все больше и больше подробностей.
– Смотрите, похоже, он поврежден, – сказал я, увеличивая изображение. – Вокруг видны обломки, а на корпусе пятна, отличающиеся по контрасту с основным корпусом.
Неожиданно на корме корабля появились мигающие огоньки, и я поспешил приблизить этот участок.
– И, похоже, там есть выжившие, и они производят ремонт.
– Но это им мало чем поможет, – заявил Лукашевич и обвел корму пальцем: – Дюзы повреждены, не думаю, что им удастся запустить двигатели. Есть риск расплавить весь массив двигателей, если плазма соприкоснется с корпусными деталями. – Его рука пошла вдоль корпуса: – Внешние разрушения указывают на повреждение всех выносных систем, включая антенные решетки. Поэтому мы их и не слышали. Хотя если зонд подберется ближе, то уверен, что сможем поймать переговоры между экипажем.
– Ближе подлететь не выйдет, у зонда нет топлива для такого маневра, – парировал я.