97 из 282 (34%)
Профессор отмер и занял рабочее место по соседству. Перед ним развернулся проекционный экран, на котором отображались те самые бактерии. С помощью хоботков и усиков они бодро передвигались в питательном растворе, и, на первый взгляд, не было ничего необычного. А такая активность могла быть обусловлена избытком полезных веществ в растворе. Лапатин даже почувствовал небольшое облегчение и вспомнил Джозефа не в самом хорошем ключе. Но раз уж взялся, то проверку нужно довести до конца.
– Анализ ДНК и сравнение с базовой последовательностью, – вслух произнес Лапатин.
Экран разделился на две части, и справа по-прежнему двигались бактерии, а в левой части побежали строки выполнения процесса. Через минуту томительного ожидания анализ был завершен, и в левой части экрана высветилась базовая последовательность, а рядом проанализированная только что.
– Обнаружена мутация. – Приятный женский голос сообщил о совсем не приятном событии.
Лапатин чуть ли не уперся головой в экран и крикнул:
– Покажи!
Вычислитель промотал длинную цепочку символов и выделил участки в каждой из последовательностей. Лапатину сразу же бросились в глаза отличия в коде, но вычислитель не останавливался и перемещался к следующему участку. Через час такого марафона профессор откинулся на спинку кресла и потер красные глаза.
Конечно, понять, как мутации повлияли на жизнедеятельность бактерий, с ходу невозможно, и это еще предстоит выяснить. Единственное, что Лапатин смог понять, так это то, что бактерии действительно повысили свой энергетический баланс и стали более активными. В остальном мутации касались внешнего химического взаимодействия.
– Обнаружена мутация четырех целых и двух десятых процента генов, – подвел итоги женский голос.